Для него есть жизнь есть

Для него есть жизнь есть

Теория и практика медитации - ИздательствоВ.М.

В противоположность Толстому, герои Достоевского бо­ятся жизни, боятся простора и прячутся в замкнутом огра­ниченном пространстве, как крыса в норе. Вот что об этом пишет Вересаев:

«Мелкие ра.ссказы1 Достоевского. Основа всех их одна: в мрачной, безлюдной пустыне, именуемой Петербургом, в угрюмой комнате-скорлупе, ютится бесконечно одинокий человек и в одиночку живёт напряжённо-фантастическою, сосредоточенной в себе жизнью».

Одинокий, глубоко интровертированный и глубоко несчастный человек, тщетно пытающийся недостаток жиз­ненной силы, отсутствие способности любить и радовать­ся, - компенсировать лихорадочной работой холодного ума, тщетно пытающийся понять нечто такое, что всё прояснит и наполнит его жизнь смыслом - таков постоянный герой До­стоевского. Это и «человек из подполья», и Родион Раскольни­ков, и Иван Карамазов, и Кириллов (роман «Бесы»), и многие другие персонажи Достоевского.

Вересаев совершенно справедливо говорит о том, что фактически у всех героев Достоевского потеряна связь с жиз­нью, с той её сердцевиной, которая и даёт человеку смысл и радость бытия.

«Князю Мышкину Достоевского мучительно чужд и не­доступен «вечный праздник природы». Как незваный гость, «всему чужой и выкидыш», тоскливо стоит он в стороне и не в силах отозваться душою на ликование жизни».

Герои Достоевского хотят любить жизнь, но не могут, ибо у них нет того внутреннего богатства, той наполненности жизненной силой, при которой только это и возможно. Вере­саев пишет, что все эти вопросы о смысле жизни бессмыс­ленны и никчемны для того, кто до краёв наполнен радостью и силой жизни. Для него «есть жизнь - есть всё. Вопросы о смысле, о цели осыпаются с блистающего существа живой жизни, как чуждая шелуха».