Может ли ум, практикующий какуюлибо

Может ли ум, практикующий какуюлибо

Теория и практика медитации - ИздательствоВ.М.

«Может ли ум, практикующий какую-либо систему, найти то, что лежит за пределами ума? Способен ли ум, который удерживается в рамках собственной дисциплины, вести поиск?»[12].

Когда его спрашивают:

-    Хорошо, но как же реализовать то, к чему вы при­зываете, как достичь состояния умственного безмолвия и внутренней свободы?

Кришнамурти отвечает:

-    Никакого «как» и никакого метода не существует. «... Почему вы так упорно мы1слите в аспекте методов и приёмов? Может ли метод и технический приём освобо­дить человека; не лепит ли он человека в соответствии с желаемой целью? ... Фактор, который принесёт истинную помощь человеку, может существовать лишь за предела­ми техники и методов».

-    А что же это такое? - спрашивает искатель.

-    Возможно, это любовь, - отвечает Джидду Кришнамурти.

Не понимая тонкой диалектики взаимопорождения свободы и необходимости, Кришнамурти отвергает духов­ную самодисциплину, отказываясь принять тот факт, что йога сознания есть не что иное, как систематическое усилие. Вот что он говорит по этому поводу:

«Вы используете дисциплину, контроль в качестве средства для достижения тишины ума, не так ли? Дисци­плина предполагает сообразование с образцом; вы устанав­ливаете внутренний контроль для того, чтобы быть тем или иным. Не является ли дисциплина, в сущности, насили­ем,?.. Дисциплина - это подавление, преодоление того, что есть. Дисциплина - это насилие; итак, с помощью ложных средств мы надеемся достичь истинной цели».

Совершенно непонятно, почему Кришнамурти ставит знак равенства между дисциплиной и подавлением. Суще­ствует такая дисциплина, которая, наоборот, приводит к са­мораскрытию и внутреннему освобождению. Эта внутренняя дисциплина и есть медитация-осознание, то, что Хуэй-нэн называл «осуществлением прямоты сознания». Кришнамур- ти совершенно не понимает диалектики усилия и отсутствия усилия, дисциплины и свободы; диалектики следования об­разцу духовного самоконтроля и непредсказуемости духов­ного результата. Подлинная медитация-осознание не являет­ся ни грубой насильственной намеренностью, ни свободным творческим полётом вне всяких ограничений. На самом деле, она представляет собою тонкое сочетание усилия и безусиль- ности, намеренности и спонтанности. И это не просто краси­вые слова. За ними стоит вполне реальное содержание.