Во время медитации возникало ранее

Во время медитации возникало ранее

Теория и практика медитации - ИздательствоВ.М.

Сколько это длилось - я затрудняюсь сказать, однако не думаю, что более получаса. Периоды интенсивного «мотания» чередовались с замедлением амплитуды движений и времен­ными остановками, после которых всё начиналось заново.

Наконец, во время одной из таких остановок, в поле зрения (при закрытых глазах) вполне ясно и отчётливо я уви­дел худощавую старуху с хитрым и неприятным лицом. Она немедленно поняла, что я её вижу, и отреагировала самым удивительным и неожиданным для меня образом: сконфу­зилась, но не так, как смущаются нормальные порядочные люди, а так, как конфузится бесстыдный человек, когда его ловят за чем-то неприглядным (скажем, за воровством); од­нако тут же оправилась от растерянности, вызывающе захо­хотала и исчезла из поля зрения.

Что это было - не знаю, хочу только отметить, что я не отличаюсь чрезмерно развитым воображением и вообще не склонен к фантазированию[80]. К тому же, за весь предшеству­ющий период (более 7 месяцев практики), я ни разу не видел ничего подобного. Не видел я этой хитрой старухи и позже, так что это был один-единственный эпизод, от объяснений которого я, пожалуй, воздержусь.

Последующие дни практики ознаменовались продол­жающимся разогревом рук, а также мягким прогревом всей головы. Во время медитации возникало ранее никогда мною не испытанное состояние невыразимого мягкого покоя, яс­ности и прозрачности сознания. В этом состоянии «тихой ра­дости» наличествовала некая глубинная удовлетворённость и самодостаточность. Это состояние, пожалуй, также можно определить как некую сытость, но не такую сытость, кото­рая наступает после еды, а иную, значительно более тонкую. До этого никогда в жизни я подобного состояния не испыты­вал. Для меня было совершенно очевидно, что оно выходит за пределы нашего повседневного опыта и не может быть ис­толковано в его терминах.