Третьим моментом, поразившим меня, было

Третьим моментом, поразившим меня, было

Маха йога - О. М. Могилевера

Таким образом, Махарши по большей части остаётся безмолв­ным, и люди приходят, падают ниц, сидят перед ним несколько минут или часов, а затем уходят, возможно, не обменявшись даже единственным словом! Я сам сомневался, получают ли люди пользу от этих поучений посредством тишины. Но люди тем не менее приходят издалека, чтобы услышать это немое красноречие, и ухо­дят удовлетворённые.

Хотя он говорит лишь немного, довольно поучительно наблю­дать его лицо и глаза. В его индивидуальности нет ничего очень привлекательного, но уникальными являются сияние интеллекта и спокойной невозмутимости в его глазах. Его тело почти непод­вижно, за исключением тех случаев, когда он время от времени изменяет своё положение или вытирает испарину в том жарком месте. Я осторожно наблюдал его лицо; я обнаружил, что он редко моргает и никогда не зевает. Я говорю это, дабы показать свою достаточную удовлетворённость тем, что отсутствие активности в нём не вызвано инертностью.

Третьим моментом, поразившим меня, было абсолютное отсут­ствие в нём тщеславия или самомнения. Если бы его одеяние не ограничивалось только набедренной повязкой, каупиной, посети­тель мог, возможно, и не различить Раману Махарши. Он ест ту же самую пищу, что и все остальные; нет даже единственного допол­нительного пункта или особенного блюда для него. Я специально обратил внимание, что в разговоре он не питает отвращения к использованию местоимения первого лица, в отличие от некото­рых других ведантистов, которые используют (третье лицо) “он“ и подобные вещи. Я указываю это, чтобы показать, каким ненавяз­чивым и скромным он является. Его безмолвие, я убеждён, не есть симуляция степенности характера, рассчитанной на то, чтобы дер­жать людей на расстоянии. И когда он прерывает то безмолвие, что случается, если его спрашивают, он производит впечатление милейшего и наиболее дружелюбного из людей.